Йельский университет вынуждает сотрудников работать на трёх работах, пока его фонд превышает ВВП целых стран

В середине недели около 750 членов профсоюза UNITE HERE Local 34, объединяющего офисных и технических работников Йельского университета, провели очередной протест у здания администрации Sheffield-Sterling-Strathcona Hall. Акция стала новым эпизодом в затянувшихся переговорах с руководством вуза о продлении коллективного договора, срок которого истекает уже в январе. Главное требование — поднять зарплаты так, чтобы они хотя бы соответствовали реальному росту цен и стоимости жизни.

Ситуация описывается как кризисная. Президент Local 34 Лиза Стивенс прямо заявила: «Наши члены страдают, работают на второй и третьей работах. Им тяжело оплачивать коммунальные услуги, и мы знаем, что цены на топливо только что взлетели. Мы просто пытаемся держаться на плаву. Мы не просим ничего лишнего — только возможность не отставать». Эти слова подкрепляются данными Бюро трудовой статистики: за год с февраля 2025 по февраль 2026 индекс потребительских цен вырос на 2,4%. Однако реальный удар по кошелькам сильнее — CNBC сообщило, что средняя цена бензина в США превысила 4 доллара за галлон из-за продолжающейся войны в Иране, что грозит новой волной инфляции во всех секторах экономики.

Участники протеста вышли со старыми самодельными плакатами, которые уже носили на маршах в сентябре и ноябре: «Одной работы должно быть достаточно» и «Мы не можем угнаться». Многие откровенно рассказывают о своём отчаянном положении. Дессара Брайант, технический специалист IT-службы Йеля, говорит, что дополнительный заработок позволил бы ей легче кормить 19-летнего сына, когда он приезжает домой на каникулы. «Когда наступают каникулы и мне надо заполнить холодильник, мой банковский счёт говорит “ауч”», — признаётся она. Всё, чего она хочет от университета, — это «уважение и приличную зарплату, чтобы покрывать свои финансовые обязательства».

Ещё большее возмущение вызывает колоссальное богатство Йеля на фоне скупости к собственным сотрудникам. Джулия Фрайвиллиг, административный ассистент Школы менеджмента, не скрывает горечи: «Так бесит видеть, что у Йеля эндаумент (фонд целевого капитала) больше, чем ВВП многих стран, а он притворяется, будто не может позволить себе платить нам прожиточный минимум. Это бесит меня, и это часть того, что заставляет меня выходить сюда». Она уточняет, что действующий контракт (с января 2022 года) давал «довольно хорошую прибавку», но теперь этих денег снова не хватает на выросшие цены. Чтобы свести концы с концами, она урезала все траты, пропускает встречи с друзьями, дарит партнёру только самодельные подарки и уже ищет вторую работу — потому что не может позволить себе аренду жилья.

Схожая история у Джен Онли, ассистента на физическом факультете. Хотя она изначально пошла в Йель именно из-за сильного профсоюза, пенсии и «приличных льгот», сейчас она подчёркивает, что это преимущество необходимо срочно сохранять и укреплять, особенно в нынешней национальной обстановке. В её словах сквозит тревога: даже то, что раньше считалось надёжным, сейчас рушится под напором инфляции.

Протест поддержали священники, активисты местной группы New Haven Rising и коллеги из другого профсоюза — UNITE HERE Local 35 (обслуживающий персонал университета). Однако официальный ответ администрации выглядит формально-спокойным. Глава управления трудовыми отношениями Джо Сарно написал в письме, что Йель уважает «право на мирные собрания» и с лета ведёт переговоры с обоими профсоюзами, надеясь на «позитивный, продуктивный процесс и справедливое соглашение для всех сторон». В том же письме Сарно напоминает, что с 2022 года сотрудники Local 34 ежегодно получают базовое повышение зарплаты.

Но сам тон ответа и упоминание о «честных» прибавках, которые на деле съедаются инфляцией, вызывают у протестующих лишь горькую иронию. Главный негативный тезис статьи: один из богатейших университетов мира (чей эндаумент превышает ВВП некоторых государств) заставляет своих клерков и техников работать на нескольких работах, отказывать себе в нормальном питании, жилье и отдыхе, вместо того чтобы просто индексировать зарплаты в соответствии с реальными ценами. Переговоры зашли в тупик, а январский дедлайн приближается — и если соглашения не будет, забастовка становится всё более реальной.